С 21 сентября по 1 октября в Азербайджане проходят трехсторонние маневры с участием наземной техники, авиации, морских средств и беспилотников. Учения охватывают сразу несколько направлений — полигон «Гызылгая» в Карабахском экономическом районе, «Карабахлар» в Нахчыванской Автономной Республике и район острова Боюк Зира в азербайджанской части Каспийского моря.
Особенно важен не столько масштаб задействованной техники, сколько содержание первого этапа: военнослужащие отрабатывали работу штабов, принятие решений, управление подразделениями, развертывание и маскировку командных пунктов. Это уже не просто демонстрация военной техники, а проверка совместимости трех военных систем — связи, процедур управления, планирования и координации.
У каждого участника в этом формате своя логика. Для Турции учения являются частью более широкой линии на развитие военно-технических связей с тюркскими государствами. В январе 2026 года Анкара и Ташкент подписали план взаимодействия, предусматривающий совместные учения, подготовку кадров и военно-медицинское сотрудничество. Турецко-узбекское взаимодействие развивается с оглядкой на уже сложившуюся модель сотрудничества Анкары и Баку.
Азербайджан в этой конструкции занимает особое положение. Он не просто принимает учения, но и выступает площадкой, где турецкий опыт уже получил практическое применение. После Шушинской декларации 2021 года военно-стратегическое сотрудничество Баку и Анкары стало более системным.
В результате формируется своеобразная связка: Турция предоставляет значительную часть военных стандартов и технологий, Азербайджан представляет уже апробированную модель взаимодействия, а Узбекистан получает возможность использовать этот опыт без присоединения к формальному военному союзу.
Именно здесь проявляется одна из особенностей нынешнего этапа тюркской интеграции. Баку не заменяет Анкару в качестве главного центра тюркского пространства, но способен выступать операционным звеном между Турцией и Центральной Азией.
Для Узбекистана такой формат соответствует многовекторной внешней политике. Ташкент развивает отношения с Россией, Китаем, Турцией и западными государствами и избегает обязательств, которые могли бы ограничить его внешнеполитическую самостоятельность. Поэтому совместные маневры позволяют расширять военные контакты и получать дополнительный опыт, не превращая сотрудничество в формальный союз.
Показательна и география учений. Карабах, Нахчыван и Каспий образуют своеобразную дугу между Южным Кавказом и пространством, через которое Турция взаимодействует с Центральной Азией. Это не означает, что маневры имеют непосредственно транспортную или коридорную направленность, однако географически они вписываются в более широкую логику региональной связности.
Каспийский этап особенно важен. Участие морских средств показывает, что сотрудничество постепенно выходит за рамки сухопутной подготовки. Для Азербайджана Каспий — не только военно-морское пространство, но и важнейшая связь Южного Кавказа с Центральной Азией.
На этом фоне «Сила единства» имеет значение и в контексте расширения возможностей стран Центральной Азии. У региона сохраняются традиционные военные связи с Россией, но одновременно растет число альтернативных партнеров в сфере подготовки, технологий и оборонного сотрудничества. Это не обязательно означает отказ от существующих связей — скорее, речь идет о диверсификации.
Однако возможности формата не стоит переоценивать. У трех стран разные масштабы военных ресурсов и внешнеполитические приоритеты. Турция обладает значительно более крупной военной и оборонно-промышленной базой, поэтому дальнейшее сотрудничество, вероятно, будет в значительной степени ориентировано на турецкие стандарты и технологии. Узбекистан, в свою очередь, заинтересован в сохранении свободы внешнеполитического маневра.
Поэтому реальное значение «Силы единства – 2026» станет понятно не по нынешнему масштабу маневров, а по тому, что произойдет после их завершения. Если трехсторонний формат станет регулярным, появятся устойчивые механизмы штабного взаимодействия, а отработанные процедуры будут переноситься в двустороннее сотрудничество, можно будет говорить о формировании более постоянной архитектуры военного взаимодействия.
Пока же речь идет не о создании нового военного блока, а о формировании военной совместимости без формального союза. И именно в этом контексте роль Азербайджана становится особенно заметной: Баку выступает не только площадкой для учений, но и связующим звеном, через которое турецкий военный опыт получает выход в Центральную Азию.
Заур Нурмамедов
Источник
Комментариев нет:
Отправить комментарий